January 2nd, 2021

майами

Я впервые в Штатах. Так получилось. По итогам первых суток созрел вопрос, переходящий в вопль, переходящий в визг:
Что с сервисом и комфортом в цитадели демократии, земле свободных, доме храбрых, сияющем граде на холме?
Ладно, тут дорого, понимаю. Цена моего «Рица» холодит кровь каждого настоящего коммуниста, злые и быстрые удары сжавшегося сердца нетерпеливыми ударами торопят победу пролетарской революции.
С деньгами я расстался даже не улыбаясь, а истерически хохоча. Теперь хочется узнать, за что их забрали.
1. Почему в ванной моего номера ледяной пол? Ладно, подогрев пола – оружие дьявола, пускай. Можно положить коврик, а не два полотенца размером с носовой платок лилипута?
2. В далеких краях, за горизонтом, изобрели фантастическую и прорывную технологию туалетных ершиков. Кто тот Колумб, который перевезет первую партию через бушующую Атлантику?
3. Он же может прихватить образцы еще одного прорыва: крючков для халатов и одежды.
4. Кстати, про халаты. Зачем он один на двоих? Причем, судя по качеству, халаты этого отеля участвуют в конкурсе «дешевле чашки кофе». Такой копеечной синтетики в любом российском супермаркете можно купить штуки три вместо одного капучино в флоридском «Рице».
Это все, не выходя из ванной.
Сегодня испытал увлекательное приключение с заказом в номер. Про цены мы уже поговорили, а я поплакал. Есть несколько вопросов:
1. Кто вам сказал, что можно нести заказ в номер час, пообещав тридцать минут? Вас обманули, так не делают.
2. Почему посыльный бьется в дверь с энергией бегемота в течке (выглядит он примерно также, но я не решусь на далеко идущие выводы)? Я замешкался всего на минуту, не было уверенности, как бегемот отреагируют на мою наготу. Ничего не знаю о бегемотах. Удары повторились, на этот раз дело выглядело так, словно бегемот наконец нашел своего партнера и при чересчур активных фрикциях бьется головой в хрупкую дверь моего номера.
3. Когда я открыл, сразу несколько вещей поразили меня. Прежде всего, партнера не было. Бегемот (воздержусь от штампов) было одно. Затем, ни о каких улыбках или, там, здравствуйте речи идти не могло. Не те теперь времена, чтобы предаваться фальшивому дружелюбию. В завершении, я отодвинулся, чтобы открыть дорогу, в своей наивности ожидая, что ужин занесут в номер, расставят, снимут крышки и всякое такое в честной попытке заслужить чаевые. Вместо этого мне сунули в руки тяжелый поднос и замерли в напрасном ожидании пяти долларов.
4. Бейте меня, не справитесь сами – зовите бегемота, но это не клаб-сендвич, такое самые небрезгливые заправки продают в пластиковых треугольниках. А цена – от слез все плывет перед глазами.
Я, конечно, избалован, и все это не так уж важно. По сравнению с гостиницами России и Китая, где мне доводилось останавливаться в девяностых, тут вообще небесный комфорт. И все-таки, за что вы берете столько денег? И кто вам разрешил называть это «Рицем»? Вы, вообще, в «Рице» когда-нибудь бывали? Оставим в стороне Париж, Лондон и Москву, хотя бы в Шарм-Эль-Шейхе?