Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Здравствуйте

Рад вас видеть у себя в блоге.

[Если Вы хотите быть забаненым, пред Вами непростая, но решаемая задача.]Если Вы хотите быть забаненым, пред Вами непростая, но решаемая задача.

1. Можно хамить мне и другим. Лучше всего матом и капслоком.
2. Многословный идиотизм. Дополняйте каждый пост десятками бессмысленных комментариев. Если я начал убирать Ваши комментарии любым способом – поздравляю! Вы на правильном пути, осталось совсем немного.

И да, хамство, идиотизм и бессмысленность определяю здесь именно я.


[Самое интересное]
История:
1. Почему они так не любят нашу Победу
2. Почему я горжусь нашей Победой
3. Геи в моей голове и Второй мировой войне

4. Третья мировая
5. Венедиктов и высокая образованность
6. История государства Российского
7. Пелевина и Дизраэли
8. Расцвет и гибель Южной Пальмиры

2. Записки о Возрождении (более-менее):
2.1 Коварство и любовь
2.2 Гранада и Мудехар
2.3 Добродетельный Папа Римский
2.4 Кардиналы, конклавы и переезды
2.5 Пропаганда гомосексуализма. Пока еще можно
2.6 Отречение. Как это было

3. Экономика (более-менее):

3.1 Договорятся
3.2 Финское горе
3.3 Заря Востока и закат Запада
3.4 Китай. Возвращение

4. Мой кумир Слава Рабинович

4.1 Финансовый гуру Слава Рабинович
4.2 Финансовый гуру Слава Рабинович. Часть 2
4.3 Ирония полная жизни
4.4 Бытовой химии больше нет. Пустые полки магазинов
4.5 Мой кумир Слава Рабинович
4.6 Враль, Псих и Пройдоха
4.7 Немного хорошего настроения от Славы Рабиновича

5. Мой кумир Юлия Латынина

5.1 Юлия Латынина и "бритва Венедиктова"
5.2 Латынина. Газовая экспертиза от газового эксперта
5.3 Латынина, евреи и другие китайцы

6. Мой кумир Илон Маск

6.1 Банкротство Тесла Моторс
6.2 Hyperloop и Гиперлох
6.3 Hyperloop и Гиперлох по-русски

7. Литературка

7.1 Принцесса и Людоед
7.2 Рыжая
7.3 Смерть цвета бейсик. Отрывок

8. Жизнь и всякое

8.1 Как украсть миллион
8.2 Акунин и тайны дарования
8.3 Мой новый "Мерседес"
8.4 Радостное ожидание ядерной зимы, как тревожный симптом сезонного обострения
8.5 Строительная трагикомедия с элементами фарса, бурлеска и водевиля
8.6 Прогнозы. Доллар и конец света.
8.7 Валютный и политический анализ. Реакция
8.8 Провинциальная имперскость

8.9 Европа и Россия. Маленькие отличия
8.10 Школа и ад
8.11 Великая Гастрономическая Стена
8.12 Внешняя точка вины
8.13 В Крым, животное!
8.14 Моя архаичная страна
8.15 За что я люблю Италию
8.16 Почему Михалковым всегда дают деньги. Тайна раскрыта
8.17 Фидель, Куба и шулера
8.18 Дорога к свету. 12 пунктов профессора Зубова
8.19 57
8.20 Brexit, либералы и ловкие руки
8.21 Полонский. Почти гибель почти олигарха
8.22 Внешняя политика и Митрич
8.23 Бельгия, девелоперы и круглосуточная Маша

8.24 Когда же вы наедитесь? Дома и в гостях
8.25 Как наши девочки уходят в джихад
8.26 Наш Керри - инопланетянин
8.27 Слово о полыни

8.28 Новости пиписичной культуры
8.29 В помощь Р. Адагамову и другим

8.30 Долевка
8.31 Термоядерные СМИ



7. Украина

7.1 Почему украинцы не любят русских?
7.2 Не чужие.
7.3 Новый виток украинской спирали
7.4 Женевская весна
7.5 Партизаны и Ляшко
7.6 Загадка Авакова-Полторака
7.7 Очаровательное бесстыдство
7.8 Бодался Семенченко с Дубом

7.9 Боинг
7.10 Порошенко и шизофрения
7.11 Причудливая жизнь Украины

7.12 Псковские десантники в Украине. Окончательное доказательство
7.13 Правосудие по-украински или как это делается в Одессе
7.14 Подлинный план урегулирования в Донбассе
7.15 Харьков, Ленин и подростки

7.16 Украинская аналитика. Опыт психопатологического анализа
7.17 Хорошие новости
7.18 Аваков против Ани Лорак. Новая победа революционного рыцарства
7.19 Донецкий аэропорт. Образцовый скандал архетипической трагедии
7.20 Паспорта российских военных на Украине
7.21 Украинские нефанатики
7.22 Фашизм из Киевской Руси
7.23 Мазо-фашизм
7.24 Спутники Революции



Если Вам нужно, чтобы я добавил Вас в друзья, дайте мне знать.
Мой facebook Мой twitter вконтакт Добавить в друзья

Солонин и Блокада

По случаю снятия блокады Марк Солонин в одном довольно популярном ресурсе разродился статьей (воздержусь от более подходящих эпитетов). Ссылку все-таки дать не смогу, мешает гадливость. Несложная мысль опуса ясна и без ознакомления: блокады никакой не было, а злодейский злодей Сталин заморил сотни тысяч людей от бездарности и садизма.

В сфере разума не существует причины предоставить Солонину трибуну или даже назвать историком. Его публицистика много лет назад была оценена настоящими учеными, замечу, независимо от их политических убеждений. Это конъюнктурная пропаганда, бесконечно далекая от научного подхода.

Методология таких работ незамысловата. Существует априорный тезис: Сталин — сука, совок — говно, они во всем виноваты, а аргументация существенного значения не имеет. В принципе, таким образом можно комментировать что угодно: вспышку полиомиелита в Уругвае или катастрофу на угольной шахте в Пакистане. Но конечно, наиболее бойко расходится поливание дерьмом чего-нибудь важного, героического или выдающегося в советской истории. Космической программы, победы в войне или Блокады Ленинграда.
В современном мире несложно за пятнадцать минут найти наиболее авторитетных специалистов (не важно, российских, немецких или американских) и спросить, что они думают о предложенных доводах. В данном случае ответ будет однозначным, возможно, правда, не всегда цензурным.

Естественно, никто ничем подобным заниматься не будет. У издания сформирован круг потребителей, которые испытывают наслаждение от лишнего подтверждения их несложных и вполне религиозных убеждений. Не будет Солонина, его место немедленно займет другой мыслитель, проснется совесть у этого ресурса, вахту подхватит редакция, не обремененная подобными рудиментами. Закон спроса и предложения работает не хуже ньютоновских.

Когда-то давно меня учили на программиста. В те далекие времена интернет только делал первые робкие шаги, но теория была уже неплохо разработана, и знающие люди угадывали к чему это приведет.

Никто, правда, не предсказал Тиндера, зато почти общим местом была убежденность, что неограниченный и мгновенный доступ к информации уничтожит невежество и мракобесие.

Какая насмешка. Экономика все-таки на три головы опережает в точности любую другую гуманитарную дисциплину.

Троцкий, Медичи и Маркес

Жизнь полна боли и разочарований. Я прекратил просмотр сериала «Медичи», обессилив от унылого позора. А как все начиналось!
Тема замечательная. По моему радикальному мнению, Медичи, в первую очередь Козимо Старый и Лоренцо Великолепный, ну и ладно, буду щедрым, Пьеро Подагрик сделали для человечества не меньше, чем Рафаэль, Донателло и Микеланджело. А может, и побольше. Без их страсти к знанию, щедрости и терпения Ренессанс никогда не состоялся бы с таким взрывным блеском.

Снял сериал Netflix из чего вытекает огромный бюджет. У них Дастин Хофманн Джованни ди Биччи играет! На Козимо Старого взяли Робба Старка из «Игры престолов». И самое главное, история ранних Медичи – такой триллер, где выдумывать ничего не нужно, реальных драматических коллизий хватит на десять сезонов.

Создатели сериала чудесным образом переработали этот превосходный материал в занудную жвачку. Просто невероятно, до какой степени можно все испоганить. Нет, интерьеры, костюмы и компьютерная графика выше всяких похвал. Одна Санта-Мария-дель-Фьере без знаменитого купола чего стоит. Куполлоне (куполище), зовут его флорентинцы. Профессиональный историк наверняка нашел бы к чему придраться, но у меня антураж вызвал только аплодисменты.

Сюжет же сделан чудовищно. Центральная коллизия первых шести серий (и двадцатых-тридцатых XV века Флоренции) соперничество Альбицци и Медичи. Ладно Ринальдо сделали ровесником Козимо, хотя в реальности он на двадцать лет старше. Может и неплохая идея показать, как дружба молодых людей разваливается под влиянием политических и семейных интересов. Я другого понять не могу. От сериала полное ощущение, что подлый Альбицци бьется за власть, а благородный Козимо за справедливость.

Дрожь отвращения мешает мне подбирать слова.

– Дебилы! – это, если выражаться сдержанно.

Во Флоренции кипела борьба двух партий, Медичи были лидерами пополанов, партии средних и отчасти бедных слоев. Альбицци возглавляли партию наследственной купеческой, банковской и цеховой верхушки, партию городской олигархии.

Сами Медичи к тому времени уже стали крупнейшими итальянским банкирами, обладателями фантастического состояния. Кстати сказать, это вечный сюжет. Чтобы далеко не ходить, недовольство элитами в США недавно вылилось в избрание миллиардера Трампа. Казалось бы, у авторов в руках яркий социальный конфликт, высокомерие олигархии, популизм Медичи, горькая ирония истории, но нет, на замену предложено жевание соплей с грозными взглядами и раздуванием ноздрей.

Силы мои кончились на возвращение Медичи из первого изгнания. Козимо всеми силами защищает сперва Ринальди Альбицци от смертной казни, потом имущество Альбицци от конфискаций. Бог с ним, что в реальности политические казни почти не использовались и по очень простой причине: легитимация таких крайних мер создавала угрозу для всех, учитывая переменчивость политического рельефа Флоренции.

Настоящий Козимо Медичи слабоумием не страдал, иначе не удержался бы тридцать лет во главе беспокойной Флоренции. Козимо Старый превосходно знал, что деньги и власть – разные агрегатные состояния одного и того же. После победы он с удовольствием перераспределил имущество побежденных в пользу сторонников, ну и свою конечно. Правда, перед этим он защищал Альбицци, но именно настолько вяло, чтобы самые несмышленые единомышленники уловили намек.

Добил меня эпизод, где Козимо показывают «Давида» Донателло. «Потрясающе, – говорит киношный Козимо, – эту красоту должны видеть все! Поставьте его во двор».
Судя по всему, Медичи устраивали у себя во дворе дискотеки, иначе кто там мог увидеть скульптуру, кроме домочадцев? Невозможно понять, почему не использовать подлинную историю донателловского «Давида», очаровательную и смешную, раскрывающую характер Козимо, всю его снисходительную терпеливость с гениями.

Фактически Козимо Старый обладал почти диктаторской властью, но формально Флоренция оставалась республикой, где скрупулезно соблюдалась старинная необыкновенно запутанная демократическая процедура. Старый лис внимательно следил за поддержанием декораций, изображая обычного гражданина, пусть и авторитетного.

В тогдашней символике Давид означал демократию, маленького человека, народ в его борьбе с тираном Голиафом. Кстати сказать, более поздний и еще более знаменитый «Давид» был заказан у Микеланджело в период очередного изгнания Медичи и установлен на главной площади в лоджии Лацци. Символика вполне очевидная: идеально сложенный флорентийский народ одолел отвратительную тиранию. Отдельное спасибо Медичи, что, вернувшись, они скульптуру не тронули.

По всей видимости, Козимо хотел преподнести бронзу в подарок городу, чтобы лишний раз подчеркнуть преданность республиканским идеалам. Характерно, что у Давида целых два лавровых венка (на шляпе и постаменте), в данном случае это не только символ победы, но и отсылка к святому покровителю семейства Медичи Лоренцо (Lorenzo), который созвучен лавру (lauro).

Донателло создал шедевр, ничего подобного никто не делал со времен античности, но продемонстрировать подобное произведение широкой публике нечего было и думать, по довольно забавным причинам.

Италия вообще, а Флоренция в особенности, широко славились распространением гомосексуализма. В тогдашнем французском соответствующий порок назывался итальянским, а в немецком сленге присутствовало словечко «флорентинец». Незадолго до того, после неудачной войны с Луккой, многие связывали слабость армии с распространением гомосексуализма среди юношества. В превентивных целях у Старого рынка даже открыли несколько недорогих борделей.

«Давид» вышел совершенно очевидным гомосексуалистом. Про этого игривого парня и так все очевидно, а флорентинцы вдобавок хорошо знали Донателло, и репутация у него была по этой части самая однозначная. Установить нечто подобное в публичном месте, да еще как символ гражданственности, было совершенно немыслимо.

Для средневекового человека ситуация выглядела вполне ясно и довольно опасно для Донателло. Большой начальник, властитель государства, судеб и гор золота, заказывает ремесленнику дорогостоящую работу, тот исполняет ее с изумительным мастерством, но с заведомо издевательским изъяном, исключающим использование по назначению. Делает, скажем, тканые золотом штаны с огромной дыркой на заднице. Неприятности ждали у такого ремесленника.

К счастью для человечества, Козимо Старый не принадлежал уже средневековью, он не считал Донателло кузнецом высшей категории. Очень может быть, что ему действительно принадлежит приписываемая фраза: «этих гениев нужно воспринимать так, словно они не из плоти сделаны, а сотканы из звездной пыли».

Козима увидел шедевр, расплатился и оставил у себя в частном владении возможно, тяжело вздохнув, а Донателло продолжил пользоваться покровительством Медичи.
Как можно отказаться от этой чудесной истории? Она ведь очень показательно раскрывает, как непросто приходилось Медичи с беспокойной толпой гениев, окружавших их, какого нечеловеческого внимания и терпения требовали их бесконечные выходки. Все эти скандалы, истерики, обесчещенные девицы, драки, обрюхаченные монахини и даже убийства.

Взамен сюжет сериала движет убогая выдумка. Якобы Козимо мечтал стать художником, но папа заставил его стать банкиром. Здесь в чем глупость: Козимо, действительно, мыслил совершенно революционно для своего времени, но ренессансный человек, как и средневековый, оставался в рамках традиционного общества, до сих пор, кстати сказать, сохраняющегося много где, включая и некоторые регионы нашей страны.

В отличие от современного общества, в обществе традиционном человек видит себя не только индивидуальностью, но продолжением отца и деда, неся обязательства перед родом, предками и потомками. Такому человеку в голову не придет бросить поприще своего великого рода ради самореализации.

Ну и, конечно, как бы не восхищались Медичи художниками, ровней они их, разумеется, не считали.

Сериал отчасти оживает в любовных линиях. Козимо дважды, с двадцатилетним перерывом, увлекается женщинами, тут повествование становится хотя бы психологически правдоподобным.

Козимо Старый любил жизнь и, очень вероятно, женщин, но ведь не только. Он любил книги, деньги, греческую философию, Тоскану, своих друзей, античные древности, гениев, Флоренцию, красоту во всех проявлениях, политику, детей и внуков, загородное поместье в Кареджи, ловкие интриги и Италию. Этот человек был искренне и глубоко увлечен, к примеру, платоновской философией. Он тратил фантастические суммы, собирая, покупая, копируя и даже, говорят, воруя книги по всей Европе, он основал первую публичную библиотеку. Козима (вместе с сыном и внуком) создал облик сегодняшней Флоренции, потратив немыслимые деньги на ее украшения. Всю эту красивую, сложную, яркую и совершенно реальную жизнь авторы заменили чем-то таким же стереотипным, как весенний Париж на фоне Эйфелевой башни.

Это ведь не о Козимо Старом и не об отце его Джованни Ди Биччи. Это о пареньке из Канзаса (Южной Каролины, Монтаны, Мельбурна, Ливерпуля), который мечтал уехать в большой город учиться на киношника. Ретроград папаша его не пускал, пытался приставить к семейному делу (аптеке, автомастерской, ресторану). Паренек одолел и уехал, но может напрячь воображение и представить, что остался. Самые яркие эмоции в жизни принесли ему две любовные истории. Сперва в родном городке с одноклассницей, затем, двадцать лет спустя, с девушкой сильно младше – дело едва до развода не дошло или дошло, не важно.

Ровно эта история нам и рассказана, поскольку другой авторы не знают, а ни понять, ни выдумать чужую не в силах.

Собственно, это типичная история для биографий (употребление слова «байопик» ведь не введено пока законодательно?). Довелось мне тут посмотреть пару серий «Троцкого» – все то же самое.

Троцкий действительно был жесток, математически жесток, я бы сказал, и честолюбив, он даже страшнее, намного страшнее, чем в сериале, но этим не исчерпывается. Троцкий – человек идеалов, его ценности и стремления далеко выходили за пределы личного комфорта (денег), славы (Оскара) и употребления кинозвезд. Он грезил земным раем, обществом справедливости и благоденствия, и обладал самыми стойким и разветвленным представлениям о методе построения такого рая.

В художественном смысле важно не то, насколько верны или разумны его идеи, а то что без них рассказать о Троцком невозможно. Так и получилось, вместо драматической биографии яркого, сложного и спорного человека, нам рассказали про то, как переменился парень, когда его назначили главным режиссером.

Такое уже случалось многократно и, без сомнения, будет повторяться снова и снова. В этом роде мартышки сняли бы сериал о Габриэле Гарсии Маркесе. Писатель у них бы очень убедительно ел бананы и размножался, а в остальном вышла бы туманная карикатуру, мартышки ведь не понимают, зачем и как живет такой человек, для чего садится за стол, обложившись книгами и блокнотами.

Матильда

Подвергся насилию и осмотрел «Матильду». Поразительное зрелище. Отечественное киноискусство, по мне, заслуживает снисхождения, но в данном случае найти оправдания сложно. К превосходным интерьерам, чудесным декорация и роскошным костюмам забыли добавить хоть немного сценария. Не в том смысле, что сценарий нехорош, совсем нет – сценария вовсе не существует.

Трудно понять, как приключилось такое несчастье. Единственная мыслимая технология изготовления подобного текста представляется примерно следующей: шестеро мужчин запираются в гостиничном номере с ящиком дешевого виски, минут за двадцать набрасывают на салфетке синопсис, после распределяют сцены и терзают до утра клавиатуры стареньких ноутбуков. «Коля, у тебя есть зарядка?», «хлопнем?», «Серега, плесни» – только редкие реплики, стук клавиш да шумные выдохи вслед за глотанием нарушают деловитую тишину. Утром файл собрали из кусочков, распечатали и отнесли в «Фонд кино», после чего снимали фильм, не поменяв ни единой буквы. Правдоподобным не выглядит, но объяснения лучше у меня нет.

Кино – грубое искусство, охотно жертвующее логикой и правдоподобием ради драматизма и занимательности. Не такова «Матильда», тут связность повествования и здравый смысл удалены без видимой цели. Нельзя понять, зачем персонажи действуют так нелепо и глупо, как развиваются их отношения, что они за люди. Нелепица следует за чепухой, чепуха за чудовищной натяжкой.

Проходят скачки, больше похожие на голодные игры. Участники в винтажных противогазах несутся на лошадях сквозь огонь. На одной трибуне за зрелищем наблюдают блистательные офицеры в нарядных мундирах, на другой и последней балерины в летнем-нарядном. Судя по всему, наряду с раздельным обучением существовал отельный просмотр зрелищ. К слову сказать, императорский балет зачем-то представлен в картине откровенным борделем. Николай увлекает Кшесинскую в люксовую палатку (там есть палатка, видимо, как раз на подобный случай). Естественно, сексуальную жизнь наследника российского престола и незамужней балерины глупо скрывать от посторонних. Открытость и прозрачность. В люксовой палатке стоит люксовая койка. Усадив на нее балерину, Николай слегка раздевает девушку и предлагает предаться одноразовой страсти в обмен на ценную цацку. Кшесинская отвергает предложение, гордо отшвыривает цацку, рассыпает кулек высокопарностей и устремляется прочь, застегивая на ходу нарядное. Тем временем (этот термин описывает только монтаж) смертельную скачку выигрывает поклонник Матильды поручик Воронцов (в роли мучается Данила Козловский). Он видит, как метрах в тридцати балерина и наследник заходят в палатку, бросается к ним и достигает цели как раз тогда, когда Кшесинская выходит на свежий воздух. Заметим, время тут течет нелинейно, у Воронцова прошло от силы секунд десять – пятнадцать, у будущих любовников столько же минут. Повода расстраиваться у поручика казалось бы нет, предмет страсти провел в палатке время, за которое мужчине можно только отказать. К несчастью для поручика, сюжет (назовем это так) надо двигать, поэтому он влетает в палатку и хлопает Николая по физиономии. Следом вбегают конвойные казаки и вяжут злоумышленника. Так-то они наследника охраняют, но им было интересно, чем дело обернется, поэтому молодцы пропустили жаждущего пообщаться с будущим императором наедине. Я почти не шучу и совершенно не преувеличиваю, именно так в картине все и происходит.

Каков киношный Николай? Абсолютно непонятно. Весь фильм он совершеннейший слизняк, бесхарактерный и истеричный. Однако в финале демонстрирует величие характера и устраивает какую-то дикую тризну по погибшим на Ходынском поле с фейерверком. (Фейерверк явно наполнен глубоким символизмом, мной непонятым). Реальный Николай, как известно, никаких тризн не устраивал, а отправился плясать на балу, траур объявлен не был, торжества в честь коронации планово продолжились. Речь здесь не об исторической правде, ничего подобного, конечно, от развлекательной костюмной драмы требовать нельзя. Я о другом. Вы что сказать-то хотели? Ваш Николай слизняк? Или полный величия отец отечества?

Кстати, о символах. Фильм переполнен трехрублевой символикой. Императорский поезд летит под откос, столкнувшись с крестьянской повозкой. Александре Федоровне, готовясь к коронации, проверочно крепят к прическе корону заколкой, больше похожей на тюремную заточку. Наносится рана, по венценосному челу струится кровь, предвещая неприятности в подвале Ипатьевского дома.

Какова Кшесинская? Как она относится к Николаю? Киношная Матильда ведет себя настолько глупо, что невозможно понять, как она кружила голову сперва наследнику престола, а затем двум великим князьям, да и вообще хоть кому-нибудь.

Александр III любуется фотографиями Кшесинской, передает снимки сыну и говорит что-то вроде: «Вот такая тебе нужна. Не то что твоя немка. Как там ее?». Император не знает невесты сына, он ее не выбирал, не утверждал и ему, по большому счета, не очень-то интересно на ком там женится наследник престола. Даже для условного мира кинематографа это сильно чересчур. Все-таки значение престолонаследия и династических браков очевидно и широко известно. Вдобавок, ровно через пять минут Александр III Кшесинскую не узнает.

Обе императрицы ведут себя совершенно непотребно, сложно представить, что этих дам с рождения готовили представительствовать и держаться с достоинством, в некоторых эпизодах они выглядят законченными хабалками (видимо, это должно демонстрировать борьбу матери и жены за мужа и сына).

Присутствует в картине зловещий немецкий ученый, гений на службе зла, забежавший на съемки из мира марвеловских комиксов. Убедительным он не вышел, что делает в исторической костюмной драме непонятно. Наверное, заблудился.

Присутствует и безжалостный НКВДшник, заведующий федер… императорской службой охраны. Персонаж удачно дополняет ряд нелепых уродцев, населяющих картину. Он совершенно недееспособен и только сыпет бессильными угрозами. Беспомощность этого жалкого человечка вызывает щемящую неловкость.

Во дворце готовятся к коронации, туда прибывает Матильда, Николай объясняет, что дворец выстроили для нее, это подарок. После чего, надо думать, выселяет из дворца маму, невесту и прочую свиту.

Среди всего этого маразма прыгает нелепый персонаж Данилы Козловского, горит немыслимый плот с привязанным динамитом.

Продолжать можно и дальше, да только едва ли нужно.

Что это за хамство и бесстыдство? Как так можно?

Почему они так не любят нашу Победу

Два года назад я написал статью, рекордно широко (для меня) разошедшуюся по сети.

Сразу скажу: мне легко и удобно рассуждать о Второй мировой и Великой Отечественной. Я занимаю совершенно взвешенную и объективную позицию, представляя эту войну столкновением абсолютного зла, заклейменного свастикой, и блистательного добра, украшенного красным знаменем и пятиконечной звездой.

Мои оппоненты, лезущие последнее время из всех щелей, не радуют разнообразием аргументации, густо облепляя одни и те же доводы, словно либеральные интеллектуалы сочный грант.

Аргумент 1. Сталин равняется Гитлеру.

Звучит хлестко и звонко, как рекламный слоган, и почти так же умно. Развивая мысль, легко заметить, что Сталин – это Наполеон, Наполеон – это Тутанхамон, Тутанхамон – это Соломон, Соломон – это кроссовки, Гитлер – это Пиночет, Пиночет – это Франко, Франко – Иван, Иван – как известно, болван, апельсиновый джем – это сапоги всмятку, да и вообще, по сути, все равно всему.

Нисколько не являясь поклонником Сталина и коммунистического эксперимента в СССР в целом, заметим очевидное: за вычетом масштабов, случившееся не было чем-то уникальным. В нашей стране попытались выстроить Царство Божие на земле прямо здесь и сейчас. История знает множество подобных попыток: ессейские общины Иудеи, маздакиты в Иране, бесчисленные еретические и конвенционные христианские движения, тайпины в Китае – вот краткий список, не претендующий на полноту. Несмотря на всю антирелигиозность и бесчеловечность, большевизм призывал к идеалам глубоко христианским и гуманистическим.

Немецкий нацизм, напротив, наполнен дистиллированным злом инфернальной чистоты, невиданной в истории последовательности и иррациональности. Говоря о средневековых ужасах нацизма, незаслуженно оскорбляют средневековье. Преследуемые и гонимые христиане, мусульмане, иудаисты, индуисты и буддисты в большинстве случаев по крайней мере могли сменить религию или покинуть страну. Такое идейное, принципиальное зло, порабощающее и убивающее не вспышкой неуправляемой черни, не алчным расчетом, а неторопливым и спокойным убеждением, находит слабые аналогии разве в кровавых обрядах народов, проживающих зарю своей истории.

Идеал нацизма – мир, лишенный равенства и справедливости, мир вечных господ и вечных рабов.
Любая попытка провести равенство между Сталиным и Гитлером, целя, конечно, совсем не туда, невольно реабилитирует немецкий нацизм, чем выталкивается за пределы разумного и приемлемого.

Аргумент 2. Пакт Молотов-Риббентроп.

Обвинять во Второй Мировой Сталина, заключившего советско-германское соглашение 1939 г., примерно так же справедливо, как винить в ней Карла Мартелла, разгромившего арабов при Пуатье в 732г. К 22 июню, как к любому событию в мировой истории, привело множество причин, среди которых есть не уступающие важностью пакту, например, участие Польши в разделе Чехословакии или ее категорическое сопротивление попыткам СССР сформировать антигитлеровский блок. Есть и более важные: например, Версальский договор, Мюнхенский сговор, политика Великобритании, видевшей в Германии середины 30-х противовес Франции на континенте.

Секретные протоколы к пакту превратились из пустой бумажки в действующее соглашение только тогда, когда Польша была разгромлена и предана англо-французскими союзниками, отказавшимися от реальной войны в пользу демонстраций силы и деклараций возмущения.

Советское правительство, как и всякое другое, действовало в августе-сентябре 1939 в коридоре возможностей, имея альтернативой воевать за враждебную Польшу вместо ее союзников.

В рассуждении о пакте прочие демагогические уловки венчает хронологическая: подразумевается, что Сталин и Молотов знали известное сегодня и школьникам. Однако в августе-сентябре 39-го никто не мог предположить разгром мая-июня 40-го. Французская армия считалась сильнейшей на континенте, даже без учета английского контингента, немецкая же фактически не существовала всего за несколько лет до того.

Аргумент 3. Трупами закидали. Без штрафбатов и заградотрядов никто не воевал.

(Сдерживаясь) К 30 ноября 1941 г., т.е. до перелома в битве за Москву, потери немецкой армии (без учета румынской, венгерской и т.д.) составили 743 000 человек (не в обиду будет сказано, это примерно соответствует немецким потерям 44-45 гг. на Западном фронте). Желающие могут подсчитать в мемуарах, скажем, Гудериана количество «ожесточенных боев», «тяжелых потерь» и «яростных сопротивлений» осенне-летней компании 1941 г. В воспоминаниях воевавших мне только раз или два попался ветеран, вообще видевший пресловутые заградотряды, но и их пулеметом в атаку не поднимали.

Упоминая о штрафбатах, здорово знать о них не из увлекательного телесериала и боевого фэнтази, производимого Марком Солониным и прочими резвыми резунами. Штрафбат, формировавшийся из ОФИЦЕРОВ, состоял по штату из 800 человек. Каждый фронт включал от одного (обычно) до трех батальонов максимум. Легко представить, насколько штрафные батальоны определяли успех операций фронта, насчитывавшего многие сотни тысяч бойцов. Для нижних чинов в составе каждой армии имелись штрафные роты, разумеется, тоже, не игравшие среди сотен обычных рот стержневой роли, приписанной сценаристами. Служба и опасности штрафных частей мало отличались от всякого другого стрелкового подразделения, поставленного на горячее направление. Увлекательный рассказ ветерана о реальной штрафной роте можно прочитать тут, например.

Презрительные рассуждения о закидывании трупами подспудно предполагают наличие где-то армии, показавшей способность легко и без особых потерь противостоять немецкой машине. На самом же деле ни польская, ни французская армия, напомню, считавшаяся сильнейшей, лавров не снискали. Великобритания, спасенная от оккупации географией, первые три года выносила из прямых столкновений с немцами исключительно поражения, расположенные в диапазоне от бесславных до позорных. Все успехи союзников достигались кратным превосходством в людях, многократным в технике и подавляющим в воздухе и на море. И даже при этом победы давались англичанам с американцами очень непросто.

Вышесказанное не принижает вклад союзников в победу. На их плечи легла, в частности, вся тяжесть колоссальной войны на море. Речь идет об очевидном факте: в 1941 г. вермахт не имел себе равных. А разговоры о трупах и заградотрядах столь же бесчестны, как заявления о не умеющих и не желающих воевать американцах, четыре года возившихся с японцами, тогда как нам хватило две недели.

Статистика фронтовых потерь сторон превосходно изучена
. Подсчеты, разумеется, не включают уничтоженных гражданских, не рожденных детей, погибших от голода и болезней, но включают сотни тысяч военнопленных замученных в немецком плену.

Все это ничуть не мешает ежегодным мыслителям переписывать друг у друга абсурдные цифры. Семь к одному, десять к одному, двадцать к одному…

Зачем же столько людей так часто и бесстыдно повторяют эти беспомощные аргументы?

Победа – один из столпов самоуважения народов СССР, необходимый для существования нации.

Некоторые из бывших соотечественников, положившие в основу самоидентификацию не-русскость (не будем тыкать пальцем в Украину), посчитали необходимым выдумать себе отдельную историю войны. Многолетними натужными усилиями рожден уродливый, отвратительный ублюдок, требующий постоянной защиты и презрительных плевков в собственных предков.

Есть и внутренние мыслители, живущие наслаждением национального самопрезрения, противоестественным образом выделяющие себя в отдельную общность, трясущиеся в ярости при виде нашей гордости и славы, норовящие хоть как-нибудь пнуть и испачкать.

Явление не ново. Слово предоставляется литературному предку, видному либерал-лакею позапрошлого столетия, Павлу Федоровичу Смердякову, рассуждающему о другой нашей великой Победе:

– В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, отца нынешнему, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки-с.

Существует несколько менее резкая и куда более ловкая позиция, чем «пили бы баварское». Столько смертей, столько горя, столько отчаянья, – говорят они, – так не будем же праздновать, будем скорбеть. Как в любой толковой неправде, тут примешена ложка правды.

Это действительно еще и день горечи и скорби. Но не только, совсем не только. Чудовищная цена неотъемлемая основа подлинного величия и гордости.


Мой ВК
Мой FB
Мой ИГ

Пелевина и Дизраэли

По сети гуляет высказывание дамы с хорошим лицом. Она (хочется вставить экспансивное междометье) плакала во время инаугурации Обамы. От счастья. Страшно себе представить масштаб психического здоровья и уравновешенности человека способного разрыдаться от подобных причин.
Collapse )

История государства Российского

Добрые люди из самых лучших побуждений обошлись со мной обидно, подарив на Новый год два тома акунинской «Истории Российского государства». (Само название, должен сказать, своим отсылом к карамзинскому труду кажется мне хамским). Ну, подарили и подарили, что теперь делать, пришлось полистать. Издано, надо признать, роскошно.

Запала моего надолго не хватило, далеко я не пробрался. С большим трудом удалось вынести рассуждения (я бы из вежливо определил как слабоумные) о природе нового русского государства, выстроенного Иваном III. Если кратко, эта лежалая концепция состоит примерно в следующем:

Collapse )

Сталин и Бильжо

Познакомился с увлекательнейшей историей А.Г. Бильжо о И.В. Сталине.

"После ограбления банка (или банков) семинарист бежал от преследования и прибежал в Венецию! Эта сука устроилась звонарем в Армянский монастырь, который располагался (и располагается) на острове святого Лазаря. Каждую ночь он убегал с этого острова в развратную Венецию. Где пил, трахался... и сутками не возвращался в тихую обитель.
Через год монахи выгнали его из монастыря".


Что тут скажешь?

Сталин окончил семинарию, а вернее сказать, не окончил в 1899 году. Впервые побывал заграницей в 1906 на IV съезде РСДРП. «Эксы» (в которых он то ли участвовал, то ли нет - вопрос дискуссионный) происходили в 1906-1907.

Таким образом, семинаристом Сталин к тому моменту не был совершенно определенно. Зато был уже видным членом партии и в эмиграции мог рассчитывать на скромное содержание. Так что работать звонарем никакой необходимости у него не было.

Свидетельств его пребывания в Венеции не существует. Известно, что в 1907 он побывал на очередном съезде в Лондоне и, возможно, жил несколько месяцев в Берлине.

Я к чему все это.

Мое детство прошло под аккомпанемент румяных историй про Ленина. Он постоянно раздавал кому попало, то детишкам, то старикам, то солдатикам, хлеб, яблоки, горячий чай и теплые рукавицы.

Теперь я выслушиваю те же самые басни, только наоборот. Причем, есть стойкое ощущение, от тех же самых людей. Из той же, по крайней мере, социальной прослойки.

Сталин и Ленин были сложными историческими персонажами. Я, например, к ним отношусь плохо. Но неужели нельзя, говоря о них, обойтись без истерик, соплей и нелепого балагана?

Принцесса и Людоед

Давным-давно, в далекой сказочной стране жил Злобный Людоед, жестокий, бессердечный и коварный, к тому же ужасно нечистоплотный. Так, во всяком случае, про него говорили. В те темные, непросвещенные времена людей, сказочных персонажей, даже целые народы, страны и религии часто судили предвзято и несправедливо, руководствуясь самыми нелепыми предрассудками. Штампы и выдумки не раз приводили к чудовищным жестокостям, довольно вспомнить трагедии испанских морисков и трансильванских вампиров.

Collapse )